26 апреля 1986 года взрыв на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС стал крупнейшей аварией в истории атомной энергетики.

К 40-летию аварии мы создали пятиминутный ролик для музея «АТОМ» на ВДНХ, главного информационного центра госкорпорации «Росатом», о людях, которые в первые дни и месяцы после аварии участвовали в ликвидации ее последствий.

В работе с этим материалом для нас были важны точность, мера и уважение к фактам. Мы старались удержать сразу две вещи: человеческий масштаб этой истории и ее организационную, инженерную и научную сложность. Поэтому основу ролика составили хронология, конкретные решения и действия тех, кто оказался на переднем крае ликвидации. В центре повествования — военнослужащие, ученые, инженеры, пожарные и представители власти, чья работа позволила в предельно сжатые сроки развернуть первые этапы ликвидации и выстроить систему ответа на аварию.

‍

Видео

‍

‍Экспозиция

‍

Стилфреймы

‍

Этапы работы

‍

Изучение темы и подготовка материала

Работу мы начали с изучения массива материалов: презентаций, учебных изданий, архивных фотографий и видеохроники. Довольно быстро стало ясно, что для этого проекта нужно восстановить среду события с высокой точностью, разобраться в хронологии и проверить детали, на которых держится достоверность.

Поэтому исследование стало отдельным рабочим этапом. Мы уточняли, какой была температура в Чернобыле днем и ночью, разбирались, что именно называли «слоновьей ногой», и изучали воспоминания пилотов о том, как менялся жар над разрушенным реактором на разной высоте. К этому моменту архив уже работал как инструмент: по нему можно было собирать сцены, сверять детали и выстраивать ход ролика на проверенном материале.

‍

Сборка сцен

Поскольку ролик создавался для музея, а среди его зрителей были в том числе ученые и исследователи, уровень точности здесь был задан сразу. Любая визуальная деталь требовала основания в источниках, контексте и логике событий. В таком материале историческая достоверность — обязательное условие.

Поэтому каждую сцену мы собирали как отдельный исследовательский узел. Сверяли факты, проверяли предметную среду, уточняли хронологию и логику происходящего. Нам было важно, чтобы ролик держался на достоверном материале и сохранял визуальную выразительность без допущений там, где они ломают правду события.

Сцена с пожарными

‍

Один из самых сложных эпизодов — первые часы после аварии, когда пожарные выезжают к станции. Сложность здесь была в самом характере момента: в момент вызова никто еще не понимал реального масштаба происходящего. Поэтому прямых фото- и видеосвидетельств именно этой точки почти нет. Для пожарных это был почти обычный выезд.

Сцену приходилось восстанавливать по косвенным данным. Мы изучали, как выглядели Чернобыль и Припять в конце апреля 1986 года, какой была погода, в каком состоянии находилась природа, как очевидцы описывали то утро. По этим данным складывалась точная среда: уже теплая весна, молодая листва, обычная жизнь субботнего утра, еще не нарушенная пониманием случившегося.

Отдельно мы проверяли детали самого выезда. По имеющимся данным, 26 апреля 1986 года в 01:28 к станции были направлены первые три пожарные машины. Такие детали были важны для всей конструкции сцены: они помогали точно собрать ее по атмосфере, ритму и характеру происходящего.

Фотография №1

‍

Фотография №2

‍

‍

Детали

‍

‍

Дозиметры

Дозиметр стал одним из ключевых предметов в ролике. Для истории о Чернобыле это самый прямой знак радиационной среды. Противогаз может относиться к разным типам аварий, а дозиметр указывает на саму природу происходящего без дополнительных пояснений.

Мы ввели его в ключевые сцены как рабочий ориентир происходящего. По нему видно, как меняется обстановка: где радиационный фон растет, где начинает снижаться и в какой момент условия меняются настолько, что люди постепенно отказываются от масок. Внутри ролика дозиметр помогает показать то, что само по себе не видно в кадре, но определяет поведение людей и весь ход событий.

Отдельно мы проверяли, какие именно приборы использовались во время ликвидации. Нам было важно, чтобы в кадре появлялись реальные дозиметры того времени, связанные с конкретными условиями работы. Эти детали мы сверяли особенно тщательно, в том числе с самими ликвидаторами.

‍

Итерации шотов

Некоторые сцены прошли через несколько итераций, прежде чем мы нашли нужное решение. Здесь важно было точно собрать сцену по смыслу, тексту и общему тону ролика.

Так было и со сценой о мирном атоме. Мы перебрали несколько вариантов. В одном опорой стал свет в окнах и на улицах как повседневное проявление энергии. В другом в центре было восстановление среды и возвращение жизни. В итоге мы выбрали решение, в котором эта сцена звучала спокойнее и точнее. Для нее такой ход оказался самым рабочим.

‍

‍

‍

3D-параллакс

В кульминационных сценах мы анимировали часть архивных изображений с помощью 3D-параллакса. Для этих эпизодов это был точный рабочий ход: он добавлял кадрам глубину и движение, сохраняя при этом связь с документальным материалом.

За счет параллакса статичные изображения начинали работать острее по пространству и присутствию. Зритель лучше чувствовал дистанцию, масштаб и внутреннее напряжение сцены, при этом архив не терял своей природы и не превращался в условную иллюстрацию.

‍

‍

‍

Стилизация

Пространство экспозиции было стилизовано под советское конструкторское бюро. При этом сама проекция была встроена в объект, собранный по логике телевизора с электронно-лучевой трубкой. Это сразу задало и подход к изображению: цветокор и финальная обработка опирались на свойства телевизионной картинки того времени — плотный цвет, мягкость и характерную фактуру экрана.

Цветокоррекция

‍

‍

Диафильм

Переходы между сценами мы тоже подчиняли этой среде. За основу взяли механику диафильмов — последовательную смену изображений с четким ритмом и направлением взгляда. Этот прием мы пересобрали под графику ролика, чтобы пространство, изображение и движение работали как одна система.

‍

‍

Статистика проекта